Православный Телефон доверия

Готовь сани летом. Так и к трезвому образу жизни надо готовиться заранее. От незнания трудностей, которые тебя ожидают, новоиспеченный трезвенник набивает все новые и новне шишки. Знал бы, где упаду, соломки бы постелил. Вот об этой соломке я попытаюсь рассказать.

Первый ухаб трезвости - это здоровье. Как говорил М.Жванецкий - «конфликтует тело с организмом». Центральная нервная система начинает работать в режиме перегрузки, начинаются сбои всех систем организма. Неготовность жить без допинга вызывает перепады давления, резкие изменения в сердечной деятельности, раздражительность, уныние. Болезни, признаки которых наблюдались во времена перерывов между запоями, принимают хронический характер. И в это время необходима помощь опытных врачей, которые помогут пройти период адаптации с наименьшими потерями для здоровья. Если бы тогда знал, что Православная Церковь всегда готова помочь справиться с этими, да и с любыми другими трудностями такого бедолаги как я! Но это был 1981 год. Церковь в моем сознании еще не занимала того места, что ныне.

Второй ухаб трезвости - это ближние твои. Только у тех, кто боролся за тебя, ты получишь сочувствие и какое-то понимание проблем, которые навалились. Остальные встретят тебя с недоверием, подозрением и осторожностью. Едва вышел на работу - мой начальник устроил мне взбучку. Большой босс (начальник начальников) сказал: «Все пьяницы опять начинают пить, я знаю как с тобой поступить. Но не уволю». Настроение было мерзопакостное. Друзья-собутыль-ники встретили меня, как гроб с телом. Соболезнование и печаль на лицах, не хватает траурных повязок. Радость - только на лице жены, которая увидела свет в конце туннеля. Когда слышишь намеки друзей-собутыльников о своей неполноценности, приходишь в уныние. Развязывать узлы домашние, рабочие и другие, которые накопились за время пьянства, и вновь приобретенные, в связи со своим новым состоянием, бремя нелегкое, иногда кажется, невозможное - душа начинает просить залить ее, чтоб в ушах забулькало. Одно удерживает -подшивка.

Третий ухаб трезвости - это место, освободившееся после отказа от алкоголя. Для удовлетворения своих страстей человек прибегает к другому наркотику (транквилизаторы, опий, снотворное лекарство, средства обезболивания и наркоза, кофеин, кокаин, эфедрин, гашиш, марихуана и многие другие), применение которого не так заметно для окружающих, но зато очень быстро засасывает человека в новую и такую зависимость,что на жизни своей может он ставить жирную точку. За короткий промежуток времени такой человек становится инвалидом и умирает.

Четвертый ухаб трезвости - это реализация своих страстных желаний. Здесь вариантов много. «Трудобесие» - когда человек весь уходит в работу, в приусадебный участок, в дачу, но трудовой процесс со временем приобретает уродливую форму и ближним становится не в радость, обретая черты непомерного стяжательства, подозрений, обвинений окружающих во всех смертных грехах, в «патологию гордости» (сильное преувеличение своих достоинств и недостатков других), еще более трудно излечимую, чем алкоголизм. Другой вариант - блуд, который приносит несчастье всем окружающим. А душа бывшего пьяницы опускается в еще более страшную яму, чем алкоголизм. Что постигло и меня. Через десять лет трезвой жизни жена сказала: «Лучше бы ты пил как раньше, чем блудил как сейчас». Каков бы ни был выплеск страсти - в азартных играх, непомерной любви к футболу, в оглушающей рок-музыке или еще в каком-нибудь пороке, но будет печаль горше первой. И на мне сбылись слова Господа Иисуса Христа - «И бывает для человека того последнее хуже первого» (Мф.12,45).

Пятый ухаб трезвости - мысль о том, что ты излечился. Десятилетие трезвости привело меня к мысли, что я могу выпить, а после первого бокала вина - этих десяти лет как не бывало! Новая пьянка, но уже до полного одурения, от которой и врачи слабо помогают. Пьянка без начала и конца, когда одно похмелье сменяет другое. Начинаешь понимать, что попался в сети, и не выкарабкаться, что никакого исцеления я не получил и теперь пью не только сегодняшнюю водку, но и ту, о которой мечтал все это десятилетие. Приходишь к мысли, что погибаешь, и опять... тупик. Вечный русский вопрос - что делать? Мне тридцать семь лет.

Что не получилось без Церкви, должно наверняка получиться в единой Святой Соборной Апостольской Церкви. Церковь, где частая исповедь и причастие, и безоглядное познание основ православной веры, помогли мне перебежать из окопов врагов Божиих, где колдуны, экстрасенсы и другая нечисть, по полю духовной брани в окопы православные. Но до воина Христова мне было еще далеко. Мое тело было изранено болезнями - последствиями моей греховной жизни, постоянным нарушением Божиих заповедей. О душе было говорить рано, настолько она была повреждена, но при первых проявлениях благодати Божией она трепетала, стонала и плакала. Из окопов воины Христовы перенесли меня в тыл залечивать свои раны, как телесные, так и душевные. Начало лечения дало неприятное открытие, что во мне сидит бес, может быть и не один, но голос постоянно подавал только один. Когда я ехал утром в метро на литургию, он так нагло хрюкал на весь вагон, что мне приходилось закрывать нос. Когда я себя ограничивал в курении (а курил я много), он начинал жалобно пищать и уменьшаться в размерах. Понимая, что надо двигаться только вперед, иначе победы не видать, я с настырностью, которая была присуща мне всегда и в безверии, стал причащаться по два раза в неделю. (Только потом я узнал, что частоту причащений может установить духовный отец, или, за неимением такового, любой другой священник твоего прихода, у которого ты исповедуешься). И только через полгода такого интенсивного труда покаяния, лопнул панцирь, который сковывал мою голову, вызывая сильную, нестерпимую головную боль. И я почувствовал то состояние, как в юности, когда узнал, что смерти нет. Я шея по большому полю из церкви вмч. Дмитрия Солунского и радовался, как ребенок. Перед этим произошло еще одно радостное событие - из меня выскочил бес, не выдержав моего упрямства. Придя в себя, я вдруг увидел мир другими глазами. Передо мной были не как прежде гордые, заносчивые, блудливые и тому подобные люди, а просто люди с глазами, более глубокими, чем раньше и почему-то все очень приличные и хорошие. Тогда-то и понял, что это не я видел людей такими плохими, а бес, который во мне сидел. Лечение моих телесных, душевных и духовных недугов в церкви проходило не так гладко, как бы хотелось. Оставалось много болезней. Ни одна из них не хотела отступать без боя. К медицине перестал прибегать, надеясь на свою веру и на чудесные исцеления, но этого не произошло. Я понял: нужна многолетняя тяжелая работа над собой. Как сказал Свет мне в юности: «Следи за собой». Я осознал глубину этих слов, услышанных тогда в моей комнатке-крепости.

А как же на фронте борьбы с алкоголизмом? Тут тоже неприятности. К Церкви я пришел подшитым «Эспералыо», что было рассказано моему, как мне виделось, опытному приятелю, который тут же прочитал мне проповедь, что вино не виновато, что подшивка, которая во мне сидит, это бес в теле и мне нужно от нее избавиться. Все его слова я принял с радостью и, настояв, уговорил врача вырезать подшивку. Наступил Новый год. За праздничным столом были только православно-верующие. Я выпил немного и захмелел, но тяги напиться-не ощущал. Однако, приехав домой, почувствовал нестерпимое желание еще хоть немного выпить. После недолгих угрызений совести, я выпил коньяка. Очнулся только на следующий день с чувством тяжелого похмелья. Как же так? Только что исповедался, причастился, и на тебе - напился, как свинья. Три дня мучился от нестерпимых болей, приливов и отливов, которые преследуют закоренелого алкоголика после срыва трезвого образа жизни. До начала Великого поста вся жизнь протекала в борьбе между желанием исповедоваться, причащаться и вести трезвый образ жизни и - желанием выпить. Борьба протекала с переменным успехом. Наступил Великий пост.

Как исправный христианин, регулярно посещал храм, как в будни, так и в воскресные дни. Желание выпить не возвращалось. Святую Пасху встречал с друзьями, стоя на богослужении у раки преподобного Сергия Радонежского в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. Радости не было конца, правда, жажда курения одолевала. Даже трудно себе представить, что после смерти эта жажда усилится, т.к. не будет иметь выхода, и гореть мне той жаждой вечно, если не брошу и не пересилю эту наркотическую зависимость до своей смерти. Дай мне. Боже, с помощью Церкви и Святых Таинств, которые Ты дал Церкви, исправиться и быть готовым к часу смертному и Твоему Страшному Суду! С такими мыслями я возвращался домой из Сергеева Посада.

раб Божий Владимир
http://antialkogol.narod.ru/